Ливонский орден представлял собой военно-религиозную организацию, при вступлении в которую давался обет посвятить всю свою жизнь распространению христианского учения. Члены ордена, или, как их называли, братья, не имели права жениться и владеть каким-либо имуществом. Братья подразделялись на рыцарей и служителей культа (священников). Рыцари носили белую накидку с черным крестом. Кроме того, в ордене состояли еще так называемые полубратья, или прислужники. В отличие от братьев они носили серую накидку, отчего их и прозвали “серыми”. Рыцари составляли главный боевой костяк ордена — сильно вооруженную кавалерию. В состав орденского войска входили также наемные воины — ратники. Помимо постоянных членов ордена войско нередко получало пополнение в лице рыцарей из Западной Европы, прибывавших в Ливонию в поисках приключений.

Во главе ордена стоял магистр. Магистр Ливонского ордена подчинялся верховному магистру Тевтонского ордена. Вторым лицом после магистра был командующий войском — ландмаршал. Орденские земли состояли из замковых округов, или комтурств, в каждом из которых имелся укрепленный каменный замок, служивший резиденцией управляющему замком (комтуру) и другим членам ордена. В обязанности комтура входили забота о провианте, одежде и вооружении для членов ордена, а также ведение вещевым складом, конным заводом и финансами. Во время войны комтур командовал войском своего замкового округа. Все наиболее важные вопросы обсуждались орденской братией совместно на орденском собрании, или конвенте.

Высшим правящим органом орденского государства был капитул — общее собрание всех комтуров, которое созывалось не реже двух раз в год. Лишь с позволения капитула магистр имел право заключать договоры, отдавать в ленное владение орденские земли, делить доходы комтурств, а также устанавливать права и обязанности местных жителей. Без разрешения капитула магистр даже не мог покидать территорию Ливонии. Капитул избирал так называемый орденский совет, который состоял из магистра, ландмаршала и пяти советников. Во всех важных вопросах магистр должен был подчиняться решению этого совета.

Жизнь ордена регулировалась уставом, сложившимся на протяжении столетий и вобравшим в себя опыт крестовых походов на Палестину, указаниями великих магистров и папского легата Вильгельма из Сабины. Толстый том рыцарского устава полагалось иметь в каждом замке и прочитывать не менее трех раз в год. День начинался до рассвета с литургии. Ели скромно. Монашествующим рыцарям следовало изнурять плоть постом. Постились почти круглый год, а мяса не употребляли вовсе. Питались в основном хлебом, кашей, овощами.

Военная и монашеская дисциплина шли рука об руку. Рыцарский кодекс оставался неизменным, количество рыцарских привилегий было сведено к минимуму. Одежда и оружие были однообразны. Все имущество монашествующего рыцаря ограничивалось следующим уставным перечнем: пара рубашек, пара бриджей, две пары обуви, один плащ, одна простыня, один спальный мешок, молитвенник и нож. Разрешалось иметь бороду, но волосы следовало стричь.

Братьям-рыцарям не разрешалось носить фамильный герб. Его заменяли общий для всех меч и красный крест на плаще. Запрещены были все виды развлечений рыцарей средневековья (если не считать охоту; охотиться можно было только на волка и медведя без гончих собак).

Спать полагалось в рубашке, бриджах и сапогах. Личные вещи хранились в сундуке, но завязывать его и тем более запирать строжайше запрещалось. Молчание и постоянная молитва были непреложным правилом: молчали в трапезной и дормитории, молчали на марше и в бою.

В строжайшем уставе было одно послабление, постепенно приведшее к обмирщению, а потом - падению ордена и его государства. Рыцарям разрешалось вести торговлю в пользу своих родственников.

Повседневная жизнь Ливонского ордена уподоблялась служению Богородице. Зимняя военная кампания начиналась 5 февраля - на праздник Введения во храм Богородицы, летняя кампания - или с Успения 15 августа или Рождества Богородицы - 8 сентября. Каждый член военно-монашеского ордена обязан был ежедневно читать богородичный антифон.

Со временем ратные подвиги когда-то сурового и опасного для неприятеля ордена стали сменяться коммерческой и политической деятельностью. Рыцари стали перебегать в протестантство, место монашествующих рыцарей стали занимать светские лица.